Искусство задавать вопросы, которые открывают двери

Тео­рия за Зав­тра­ком: Искус­ство зада­вать вопро­сы, кото­рые откры­ва­ют двери.

Новое утро в Чай­ном клу­бе нача­лось с осо­бен­ной атмо­сфе­ры. Сол­неч­ные лучи игра­ли в паре, под­ни­мав­шем­ся от све­же­за­ва­рен­но­го чая с мятой, а на сто­ле кра­со­ва­лись ещё тёп­лые булоч­ки с мали­но­вым варе­ньем. Хома, Бел­ка и Енот заня­ли свои места с выра­же­ни­ем радост­но­го ожи­да­ния — вче­раш­ний успех с тера­пев­ти­че­ски­ми кон­трак­та­ми вдох­но­вил их на новые свершения.

Тревожность новичка и любопытство исследователя

Пер­вым нару­шил утрен­нюю идил­лию Хома, бес­по­кой­но тере­бя­щий край салфетки:
— Вла­ди­мир Его­ро­вич, а что если сего­дня у меня не полу­чит­ся? Вдруг я задам непра­виль­ный вопрос и всё испор­чу? Может, луч­ше сна­ча­ла соста­вить спи­сок раз­ре­шён­ных вопросов?

Бел­ка, достав свой без­упреч­ный блок­нот, тут же нача­ла рисо­вать схему:
— Я рас­счи­та­ла, что опти­маль­ное коли­че­ство вопро­сов за сес­сию — от 7 до 12! Но как рас­пре­де­лить их по кате­го­ри­ям? Откры­тые, закры­тые, уточняющие…

Енот, изу­чая рас­пи­са­ние, оза­да­чен­но заметил:
— Соглас­но ста­ти­сти­ке, 68% начи­на­ю­щих тера­пев­тов испы­ты­ва­ют труд­но­сти с фор­му­ли­ров­кой вопро­сов. Нам необ­хо­ди­ма чёт­кая классификация!

Вла­ди­мир Его­ро­вич с мяг­кой улыб­кой наблю­дал за этой бур­ной под­го­тов­кой. Его зна­ме­ни­тая чаш­ка сего­дня была повёр­ну­та к ним над­пи­сью: «Луч­ший вопрос рож­да­ет­ся не из голо­вы, а из сердца».

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 22. «Вол­шеб­ство живо­го вопроса»
«Насто­я­щий тера­пев­ти­че­ский вопрос — это не допрос, а сов­мест­ное иссле­до­ва­ние. Он похож на ключ, кото­рый под­хо­дит к зам­ку, о суще­ство­ва­нии кото­ро­го даже не подо­зре­ва­ли. Его зада­ча — не полу­чить инфор­ма­цию, а помочь собе­сед­ни­ку открыть в себе новые возможности».

Искусство вопрошания: от техники к искусству

— Кол­ле­ги, — начал про­фес­сор, отпи­вая чай, — давай­те отло­жим в сто­ро­ну ваши схе­мы и ста­ти­сти­ку. Сего­дня мы будем учить­ся не зада­вать вопро­сы, а… слу­шать пау­зы меж­ду ними.

Хома с недо­уме­ни­ем накло­нил голову:
— Пау­зы? Но в тишине же нет ответов!

— А вот и оши­ба­е­тесь! — гла­за Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча лука­во блес­ну­ли. — Имен­но в пау­зе рож­да­ет­ся самое важ­ное. Ваш вопрос — это семя. А пау­за — поч­ва, где оно про­рас­та­ет. Не торо­пи­тесь забра­сы­вать собе­сед­ни­ка новы­ми вопро­са­ми — дай­те ему вре­мя услы­шать само­го себя.

Бел­ка задум­чи­во поло­жи­ла ручку:
— Зна­чит, важ­но не коли­че­ство вопро­сов, а их… каче­ство присутствия?

— Пре­крас­но сфор­му­ли­ро­ва­но! — обра­до­вал­ся про­фес­сор. — Ваш вопрос дол­жен быть как луч фона­ри­ка в тём­ной ком­на­те — он не ослеп­ля­ет, а мяг­ко осве­ща­ет то, что уже есть, но было незаметно.

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 22, про­дол­же­ние. «Грам­ма­ти­ка понимания»
«Есть вопро­сы, кото­рые закры­ва­ют дверь: «Поче­му вы это сде­ла­ли?». И есть вопро­сы, кото­рые откры­ва­ют окно: «Что вы почув­ство­ва­ли, когда это слу­чи­лось?». Пер­вые застав­ля­ют оправ­ды­вать­ся, вто­рые — пони­мать. Выби­рай­те окна».

Практика вопрошания: от теории к жизни

Вла­ди­мир Его­ро­вич пред­ло­жил про­стое упражнение:
— Давай­те попро­бу­ем пря­мо сей­час. Бел­ка, задай Хоме вопрос о его утрен­нем настро­е­нии. Но не обыч­ный, а… зеркальный.

Бел­ка немно­го смутилась:
— Хома, я заме­ти­ла, ты сего­дня осо­бен­но вни­ма­тель­но рас­смат­ри­ва­ешь свою сал­фет­ку… Это свя­за­но с каки­ми-то мыс­ля­ми о пред­сто­я­щем дне?

Хома уди­вил­ся:
— Точ­но! Я дей­стви­тель­но вол­ну­юсь о сес­сии! Как ты догадалась?

— Видишь, — улыб­нул­ся Вла­ди­мир Его­ро­вич, — ты зада­ла вопрос, осно­ван­ный на наблю­де­нии, а не на шаб­лоне. Это созда­ло момен­таль­ный контакт.

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 22, про­дол­же­ние. «Нау­ка эмпатии»
«Хоро­ший вопрос все­гда содер­жит три ком­по­нен­та: наблю­де­ние (что я вижу), инте­рес (что я хочу понять) и ува­же­ние (я готов при­нять любой ответ). Когда эти три кита соеди­ня­ют­ся — рож­да­ет­ся насто­я­щее понимание».

Енот, до это­го мол­ча наблю­дав­ший, неожи­дан­но сказал:
— То есть, мой иде­аль­ный спи­сок вопро­сов… бесполезен?

— Не бес­по­ле­зен, — попра­вил про­фес­сор, — но он как шпар­гал­ка для пер­во­го клас­са. Помо­га­ет начать, но огра­ни­чи­ва­ет в полё­те. Насто­я­щие вопро­сы рож­да­ют­ся здесь и сей­час — из того, что про­ис­хо­дит меж­ду вами и вашим собеседником.

Утреннее прозрение и предвкушение чуда

Когда зав­трак подо­шёл к кон­цу, в каби­не­те воца­ри­лась лёг­кая, вдох­но­вен­ная атмо­сфе­ра. Герои поня­ли глав­ное: искус­ство зада­вать вопро­сы — это не тех­ни­ка, а состо­я­ние откры­то­сти и любопытства.

— Зна­чит, — поды­то­жи­ла Бел­ка, — луч­ший вопрос тот, кото­рый помо­га­ет дру­го­му услы­шать себя?

— Имен­но! — кив­нул Вла­ди­мир Его­ро­вич. — Вы не сле­до­ва­те­ли и не учи­те­ля. Вы — попут­чи­ки, кото­рые ино­гда помо­га­ют рас­смот­реть то, что скры­то за поворотом.

Чаш­ка на сто­ле мяг­ко сия­ла, и её новая над­пись гла­си­ла: «Самый важ­ный ответ уже живёт в том, кто зада­ёт вопрос. Помо­ги­те ему проявиться».

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 22, ито­ги. «Фило­со­фия вопроса»
«Не стре­ми­тесь зада­вать «пра­виль­ные» вопро­сы. Стре­ми­тесь созда­вать про­стран­ство, где любой вопрос ста­но­вит­ся воз­мож­но­стью для откры­тия. Ино­гда один вовре­мя задан­ный вопрос «А что, если…» может изме­нить боль­ше, чем десят­ки умных интерпретаций».

А впе­ре­ди их жда­ла «Прак­ти­ка в Пол­день» — вре­мя, когда пред­сто­я­ло при­ме­нить все эти откры­тия с реаль­ны­ми собе­сед­ни­ка­ми. Но это, как водит­ся в Чай­ном клу­бе, была уже совсем дру­гая исто­рия…