Как психика защищается от самой себя

Тео­рия за Зав­тра­ком: Кре­по­сти души или Как пси­хи­ка защи­ща­ет­ся от самой себя.

Утро в Чай­ном клу­бе было про­хлад­ным и ясным, буд­то после дол­гой бури. Солн­це зали­ва­ло ком­на­ту рез­ким, ана­ли­ти­че­ским све­том, выхва­ты­вая каж­дую пылин­ку. На сто­ле, в стро­гом поряд­ке, сто­я­ли круж­ки с креп­ким эспрес­со и лежа­ли про­стые, без изыс­ков, гале­ты. Ника­ких слад­ких було­чек — сего­дняш­няя пища для ума тре­бо­ва­ла аске­тич­ной обста­нов­ки. Воз­дух пах кофе, ста­рым дере­вом и ещё чем-то, как в лаборатории.

Предохранители

Вла­ди­мир Его­ро­вич поло­жил на стол перед каж­дым чистый лист бума­ги и каран­даш. Его чаш­ка, про­стая белая, была повёр­ну­та руч­кой к уче­ни­кам, как инстру­мент. Над­пись гла­си­ла: «Преж­де чем чинить меха­низм, изу­чи его предо­хра­ни­те­ли. Осо­бен­но те, что уже пере­го­ре­ли, но всё ещё сто­ят на сво­их местах».

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 70. «Архи­тек­ту­ра внут­рен­ней кре­по­сти: зачем пси­хи­ке сте­ны, рвы и потай­ные ходы»
«Если пред­ста­вить пси­хи­ку как город, то созна­ние — это осве­щён­ная, бла­го­устро­ен­ная цен­траль­ная пло­щадь. А бес­со­зна­тель­ное — тём­ные, запу­тан­ные тру­що­бы, где живут «неже­ла­тель­ные жите­ли»: непри­ем­ле­мые жела­ния, непе­ре­но­си­мые вос­по­ми­на­ния, болез­нен­ные аффек­ты. Что­бы эти «жите­ли» не про­рва­лись на парад­ную пло­щадь и не устро­и­ли там погром, Эго (город­ская стра­жа) воз­во­дит защит­ные соору­же­ния. Это и есть меха­низ­мы пси­хо­ло­ги­че­ской защи­ты. Они не «болезнь». Они — спа­са­тель­ный круг для целост­но­сти лич­но­сти в момент про­шлой угро­зы. Про­бле­ма в том, что ино­гда, дав­но пере­жив опас­ность, мы про­дол­жа­ем жить в кре­по­сти, две­ри кото­рой заржа­ве­ли на зам­ке, а сте­ны засло­ня­ют солнце».

Практикум-разминка: Узнай свой форт

— Преж­де чем изу­чать защит­ные меха­низ­мы у кли­ен­тов, — начал Вла­ди­мир Его­ро­вич, — нуж­но позна­ко­мить­ся с гар­ни­зо­ном соб­ствен­ной кре­по­сти. Возь­ми­те лист. Сле­ва напи­ши­те: «Ситу­а­ция, кото­рая меня лег­ко выво­дит из рав­но­ве­сия». Посе­ре­дине: «Моя мгно­вен­ная, авто­ма­ти­че­ская реак­ция». Спра­ва: «Что я при этом НЕ чув­ствую и НЕ думаю (но что мог­ло бы быть)». Например.

Он напи­сал на сво­ём листе:

• Ситу­а­ция: Когда опаз­ды­ваю на лекцию.
• Реак­ция: Начи­наю шутить, рас­ска­зы­вать анек­до­ты, сво­жу всё к балагану.
• Что НЕ чув­ствую: Пани­ку, стыд, ощу­ще­ние соб­ствен­ной некомпетентности.
• Что НЕ думаю: «Я под­вёл всех, я нена­дёж­ный, меня осудят».

— Види­те? — спро­сил он. — Моя мгно­вен­ная реак­ция — юмор. Это защит­ный меха­низм. Он пре­вра­ща­ет непе­ре­но­си­мые чув­ства сты­да и тре­во­ги в нечто соци­аль­но при­ем­ле­мое и сни­ма­ю­щее напря­же­ние. Он спа­сал меня в шко­ле, когда я опаз­ды­вал. Но сей­час, во взрос­лом состо­я­нии, он ино­гда меша­ет при­знать про­бле­му и решить её кон­струк­тив­но. Теперь ваша оче­редь. Нач­ни­те с малого.

Хома

Хома, скри­пя каран­да­шом, вывел:

• Ситу­а­ция: Когда кли­ент скеп­ти­че­ски смот­рит на мои методы.
• Реак­ция: Начи­наю сыпать тер­ми­на­ми, цита­та­ми из учеб­ни­ков, демон­стри­ро­вать эрудицию.
• Что НЕ чув­ствую: Сомне­ние в себе, страх быть «раз­об­ла­чён­ным как самозванец».
• Что НЕ думаю: «А вдруг он прав, и я дей­стви­тель­но ниче­го не понимаю?»

— Интел­лек­ту­а­ли­за­ция! — тут же опре­де­лил Вла­ди­мир Его­ро­вич. — Заме­на пуга­ю­щих чувств (сомне­ние, стыд) на «без­опас­ные» интел­лек­ту­аль­ные кон­струк­ции. Отлич­но, Хома. Ты защи­ща­ешь­ся от сво­е­го ста­ро­го «син­дро­ма само­зван­ца» неви­ди­мым барье­ром из цитат.

Белка

Бел­ка написала:

• Ситу­а­ция: Когда мой план даёт сбой.
• Реак­ция: Я сра­зу начи­наю стро­ить новый, ещё более деталь­ный план. Фокус на контроле.
• Что НЕ чув­ствую: Бес­по­мощ­ность, хаос, поте­рю поч­вы под ногами.
• Что НЕ думаю: «Я не справ­люсь, всё идёт не так, это катастрофа».

— Гипер­кон­троль, он же ком­пуль­сив­ность, — кив­нул про­фес­сор. — Пре­вра­ще­ние тре­во­ги от непред­ска­зу­е­мо­сти в риту­а­ли­зи­ро­ван­ные дей­ствия, даю­щие иллю­зию управ­ле­ния. Твоя кре­пость, Бел­ка, име­ет сте­ны из иде­аль­ных, ров­ных кирпичиков-планов.

Енот

Енот подал свой лист без комментариев:

• Ситу­а­ция: Когда нару­ша­ет­ся мой распорядок.
• Реак­ция: Изо­ля­ция. Я мыс­лен­но «выхо­жу из ком­на­ты», зани­ма­юсь холод­ным ана­ли­зом ситу­а­ции со стороны.
• Что НЕ чув­ствую: Раз­дра­же­ние, гнев, фруст­ра­цию от втор­же­ния в мой порядок.
• Что НЕ думаю: «Мне непри­ят­но, оста­но­ви­тесь, это моя территория».

— Изо­ля­ция аффек­та, — резю­ми­ро­вал Вла­ди­мир Его­ро­вич. — Отде­ле­ние чув­ства от мыс­ли. Чув­ство (гнев) суще­ству­ет, но выно­сит­ся за скоб­ки, как нере­ле­вант­ное. Оста­ёт­ся чистая, сте­риль­ная схе­ма. Мощ­ная защи­та для того, кто когда-то, воз­мож­но, испу­гал­ся силы соб­ствен­ных эмоций.

В ком­на­те повис­ло тихое потря­се­ние. Они толь­ко что загля­ну­ли в смот­ро­вые щели сво­их соб­ствен­ных крепостей.

Защитные механизмы

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 70, про­дол­же­ние. «Клас­си­фи­ка­ция гар­ни­зо­на: от при­ми­тив­ных «диких луч­ни­ков» до утон­чён­ных «дипло­ма­тов»»
«Защит­ные меха­низ­мы быва­ют раз­но­го уров­ня зрелости.

1. При­ми­тив­ные: Рабо­та­ют по прин­ци­пу «всех под одну гре­бён­ку» и иска­жа­ют реаль­ность силь­но. Это наши «дикие луч­ни­ки», стре­ля­ю­щие в любо­го, кто при­бли­зил­ся к стенам.

• Отри­ца­ние: «Нет про­бле­мы» (Мед­ве­жо­нок: «Я не боюсь, это про­сто тень» — на пер­вых порах).
• Про­ек­ция: «Это не во мне, это в тебе» (при­пи­сы­ва­ние сво­их непри­ем­ле­мых чувств другому).
• Рас­щеп­ле­ние: «Всё либо толь­ко хоро­шее, либо толь­ко пло­хое» (идеализация/обесценивание).

2. Более зре­лые: Иска­жа­ют реаль­ность тонь­ше, соци­аль­но при­ем­ле­мы. Это «при­двор­ные дипломаты».

• Раци­о­на­ли­за­ция: Поиск «хоро­ших» при­чин для «пло­хих» поступ­ков или чувств.
• Интел­лек­ту­а­ли­за­ция (как у Хомы): Бег­ство от чувств в мысли.
• Юмор (как у меня): Сни­же­ние напря­же­ния через шутку.
• Суб­ли­ма­ция: Пре­вра­ще­ние непри­ем­ле­мой энер­гии (агрес­сии, либи­до) в соци­аль­но полез­ную дея­тель­ность (спорт, твор­че­ство, рабо­та). Самый здо­ро­вый защит­ный механизм!

Наша зада­ча — не сры­вать эти защи­ты силой («Хва­тит шутить, при­знай свой стыд!»). Наша зада­ча — помочь кли­ен­ту уви­деть, что кре­пость всё ещё на зам­ке, хотя вой­на дав­но кон­чи­лась, и солн­це све­тит сна­ру­жи. И что теперь мож­но поз­во­лить себе чув­ство­вать то, что было когда-то слиш­ком опасно».

Применение к нашим случаям: Чем защищаются Сова, Медвежонок и Зайчиха?

— Теперь давай­те нало­жим эту кар­ту на наших кли­ен­тов, — пред­ло­жил Вла­ди­мир Его­ро­вич. — Хома, что защи­ща­ет Сова сво­им кошмаром?
— Сон… это не защи­та, это симп­том, — заду­мал­ся Хома.
— Вер­но. Но какая защи­та поз­во­ля­ет трав­ме выхо­дить толь­ко в таком, зашиф­ро­ван­ном виде? Что не пус­ка­ет её на уро­вень созна­ния днём?
— Отри­ца­ние? — пред­по­ло­жи­ла Бел­ка. — Днём она отри­ца­ет силу той дет­ской трав­мы. «Всё в поряд­ке, я взрос­лая, я аст­ро­ном». А ночью охра­на засы­па­ет, и вытес­нен­ное про­ры­ва­ет­ся в сон.
— И интел­лек­ту­а­ли­за­ция! — доба­вил Хома. — Она пере­ра­ба­ты­ва­ет боль не как лич­ную дра­му, а как абстракт­ную про­бле­му «нару­ше­ния зако­нов меха­ни­ки». Это спо­соб дистанцироваться.

— Бра­во. Медвежонок?
— Пер­во­на­чаль­но — сме­ще­ние, — ска­за­ла Бел­ка. — Страх с реаль­но­го объ­ек­та (сер­ди­тый отец) сме­стил­ся на сим­во­ли­че­ский (тень). Сей­час, воз­мож­но, избе­га­ние (фобия) — он про­сто не выхо­дит в сумер­ки, что­бы не стал­ки­вать­ся с триггером.

— Зай­чи­ха?
— Вытес­не­ние, — чёт­ко ска­зал Енот. — Аффект от ста­рой трав­мы был вытес­нен. Акти­ви­зи­ро­вав­шись сей­час, он вызы­ва­ет не понят­ную ей самой тос­ку, то есть изо­ля­цию аффек­та — чув­ство есть, но свя­зи с его источ­ни­ком нет.

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 70, ито­ги. «Так­ти­ка оса­ды или пере­го­во­ров? Эти­че­ский выбор терапевта»
«Уви­дев защит­ные меха­низ­мы кли­ен­та, у тера­пев­та воз­ни­ка­ет соблазн — начать их оса­ду. «Вы же пони­ма­е­те, что это не про тень, а про отца?» — такой пря­мой штурм вызо­вет лишь пани­ку и уси­ле­ние обо­ро­ны (сопро­тив­ле­ние). Наша эти­че­ская и эффек­тив­ная пози­ция — пози­ция пар­ла­мен­тё­ра. Мы сту­чим­ся в воро­та и гово­рим: «Я вижу, у вас креп­кие сте­ны. Долж­но быть, когда-то они были очень нуж­ны. Инте­рес­но, что они защи­ща­ют сей­час? И не ста­ло ли тес­но внутри?».

Мы ува­жа­ем защи­ту. Мы при­зна­ём её былую полез­ность. И толь­ко из этой пози­ции ува­же­ния мож­но начать пере­го­во­ры о том, что­бы при­от­крыть калит­ку, сде­лать бой­ни­цу поши­ре — то есть, сде­лать защи­ту более гиб­кой, а пси­хи­ку — более инте­гри­ро­ван­ной. Помни­те: каж­дая защи­та когда-то спа­са­ла жизнь души. Наша рабо­та — побла­го­да­рить её за служ­бу и помочь ей уйти в отстав­ку, когда необ­хо­ди­мость в ней миновала».

Когда эспрес­со был допит, а гале­ты съе­де­ны, в каби­не­те не было ощу­ще­ния тяже­сти. Было ощу­ще­ние ясно­сти. Они полу­чи­ли не про­сто спи­сок тер­ми­нов, а кар­ту внут­рен­них укреп­ле­ний. Теперь, слу­шая кли­ен­тов, они мог­ли не толь­ко слы­шать сло­ва, но и видеть за ними кон­ту­ры неви­ди­мых стен, кото­рые те сами возвели.

Хома думал о том, как береж­но, с ува­же­ни­ем к её интел­лек­ту­а­ли­за­ции, пого­во­рить с Совой о её кре­по­сти из звёзд­ных карт. Бел­ка раз­мыш­ля­ла, как при­знать важ­ность сте­ны-фобии Мед­ве­жон­ка, преж­де чем пред­ла­гать выгля­нуть из-за неё. Енот выстра­и­вал стра­те­гию, как помочь Зай­чи­хе най­ти потай­ную дверь в вытес­нен­ное, не взла­мы­вая глав­ные ворота.

Они боль­ше не были про­сто слу­ша­те­ля­ми. Они ста­ли кар­то­гра­фа­ми неви­ди­мых стран. А впе­ре­ди, на «Прак­ти­ке в Пол­день», их жда­ла пер­вая попыт­ка при­ме­нить эти кар­ты на прак­ти­ке — не для ата­ки, а для того, что­бы пред­ло­жить кли­ен­ту новый, более деталь­ный план его соб­ствен­ных владений.