Как вшить особенность в узор личности

Бесе­да у само­ва­ра: Прин­цип «Сим­во­ли­че­ской опра­вы», или Как вшить осо­бен­ность в узор личности.

Вечер в Чай­ном клу­бе насту­пил с ощу­ще­ни­ем осно­ва­тель­но­сти и тихо­го тор­же­ства. Само­вар пых­тел, слов­но малая, дру­же­люб­ная печь, а в воз­ду­хе всё ещё витал запах иво­вой лозы и сухой полы­ни, при­не­сён­ный на лап­ках Бел­ки. Вла­ди­мир Его­ро­вич сидел, задум­чи­во гля­дя на свою чаш­ку. Над­пись сего­дня зву­ча­ла как эпи­лог к саге: «То, что кажет­ся ярким пят­ном, мож­но сде­лать цен­тром орна­мен­та. То, что ощу­ща­ет­ся гру­зом, мож­но пре­вра­тить в кар­кас для чего-то пре­крас­но­го. Искус­ство не в том, что­бы скрыть шов, а в том, что­бы сде­лать его частью узора».

— Итак, наш глав­ный архи­тек­тор внут­рен­них ланд­шаф­тов, — обра­тил­ся он к Бел­ке, — доло­жи­те о стро­и­тель­стве «Оби­те­ли». Уда­лось ли най­ти архи­тек­тур­ное реше­ние для при­ми­ре­ния несов­ме­сти­мых, на пер­вый взгляд, элементов?

Бел­ка, с видом масте­ра, успеш­но решив­ше­го слож­ную ком­по­зи­ци­он­ную зада­чу, поло­жи­ла на стол неболь­шой эскиз: схе­ма­тич­ное серд­це, обрам­лён­ное сза­ди дву­мя дугами.

— Кол­ле­ги, рабо­та сего­дня велась с кон­флик­том мас­шта­ба и вос­при­я­тия. Кли­ент при­был с ощу­ще­ни­ем, что его наи­бо­лее замет­ная физи­че­ская чер­та (рога) явля­ет­ся поме­хой, иска­жа­ю­щей вос­при­я­тие его сути. Они засло­ня­ли его. Зада­ча состо­я­ла не в том, что­бы умень­шить рога или убе­дить кли­ен­та, что их нет, а в том, что­бы изме­нить их функ­цию и кон­текст в сим­во­ли­че­ской систе­ме его само­ощу­ще­ния. Иво­вые кар­ка­сы ста­ли не копи­ей, а иде­ей, «духом» этой чер­ты. Их физи­че­ское при­со­еди­не­ние к мяг­ко­му, тек­стиль­но­му «серд­цу» (сим­во­лу внут­рен­ней неж­но­сти) совер­ши­ло клю­че­вой тера­пев­ти­че­ский акт: тре­во­жа­щий эле­мент был пере­ме­щён из пози­ции «то, что я есть» в пози­цию «то, что слу­жит тому, что я ценю». Рога ста­ли опра­вой. Поме­ха пре­вра­ти­лась в охра­ни­тель­ный каркас.

От визуального заложничества к символическому служению

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 255 «Транс­фор­ма­ция через пере­кон­тек­сту­а­ли­за­цию: изме­не­ние функ­ции доми­ни­ру­ю­ще­го образа»

«Когда отдель­ная чер­та доми­ни­ру­ет в само­вос­при­я­тии кли­ен­та, она часто функ­ци­о­ни­ру­ет как «тиран» — она дик­ту­ет пра­ви­ла, при­вле­ка­ет неже­лан­ное вни­ма­ние, застав­ля­ет под­стра­и­вать­ся. Пря­мое отри­ца­ние тира­на бес­по­лез­но. Эффек­тив­ная стра­те­гия — изме­не­ние его ста­ту­са через пере­кон­тек­сту­а­ли­за­цию в твор­че­ском акте. Для это­го необ­хо­ди­мо: 1. Выде­лить чер­ту и создать её сим­во­ли­че­ский, управ­ля­е­мый ана­лог (напри­мер, не сами рога, а их сти­ли­зо­ван­ный образ из дру­го­го мате­ри­а­ла). 2. Создать сим­вол тех внут­рен­них качеств, кото­рые кли­ент ценит, но счи­та­ет затме­ва­е­мы­ми («неж­ная душа», «серд­це»). 3. Уста­но­вить меж­ду ними новую, осмыс­лен­ную связь, где сим­вол чер­ты полу­ча­ет функ­цию слу­же­ния, под­держ­ки, защи­ты или укра­ше­ния по отно­ше­нию к сим­во­лу внут­рен­не­го каче­ства. Это мате­ри­аль­но фик­си­ру­ет сдвиг в пси­хи­ке: то, что каза­лось про­бле­мой, ста­но­вит­ся частью реше­ния, ресур­сом для защи­ты ценного».

— Это же чистая опе­ра­ция по пере­за­груз­ке вос­при­я­тия! — ожи­вил­ся Хома, пред­став­ляя себе схе­му ней­рон­ных свя­зей. — В моз­гу кли­ен­та суще­ство­ва­ла жёст­кая ассо­ци­а­тив­ная связь: «рога = поме­ха = стыд». В про­цес­се рабо­ты созда­ёт­ся и физи­че­ски закреп­ля­ет­ся новая, более слож­ная связь: «рога (их сим­вол) = оправа/защита = слу­же­ние цен­но­сти (серд­це) = ува­же­ние». Новая связь не сти­ра­ет ста­рую, но пред­ла­га­ет аль­тер­на­тив­ную, более адап­тив­ную интер­пре­та­цию. Кли­ент полу­ча­ет выбор: про­дол­жать видеть в чер­те про­бле­му или начать видеть в ней потен­ци­ал для защи­ты сво­е­го внут­рен­не­го мира.

— И клю­че­вым был момент выбо­ра мас­шта­ба, — доба­вил Енот, чер­тя в воз­ду­хе про­пор­ции. — Рабо­та с мел­ким фор­ма­том под­твер­ди­ла бы его страх («я слиш­ком велик для это­го изя­ще­ства»). Созда­ние круп­но­го, зна­чи­мо­го объ­ек­та — «Оби­те­ли» — поз­во­ли­ло его внут­рен­не­му ощу­ще­нию вели­чия (кото­рое он сты­дил­ся) най­ти закон­ное, про­дук­тив­ное выра­же­ние. Он не сжи­мал­ся. Он раз­во­ра­чи­вал­ся. Это важ­ней­ший сиг­нал самоуважения.

Принцип «Символической оправы»: новая иерархия ценностей в материи

— Таким обра­зом, мож­но сфор­му­ли­ро­вать прин­цип для рабо­ты с любым внут­рен­ним кон­флик­том, где часть лич­но­сти вос­при­ни­ма­ет­ся как чуже­род­ная или подав­ля­ю­щая, — заклю­чи­ла Бел­ка. — Прин­цип «Сим­во­ли­че­ской опра­вы». Суть: пре­одо­ле­ние внут­рен­не­го рас­ко­ла и сты­да, свя­зан­но­го с яркой, доми­ни­ру­ю­щей чер­той (физи­че­ской или пси­хо­ло­ги­че­ской), через её твор­че­ское вопло­ще­ние в управ­ля­е­мом сим­во­ли­че­ском виде. И уста­нов­ле­ние ново­го типа свя­зи меж­ду этим сим­во­лом и арте­фак­том, пред­став­ля­ю­щим цен­ные, но «затме­ва­е­мые» внут­рен­ние каче­ства кли­ен­та, где доми­нан­та наде­ля­ет­ся функ­ци­ей слу­же­ния, под­держ­ки или укра­ше­ния, что меня­ет её ста­тус в само­ощу­ще­нии с «тира­на» на «защит­ни­ка» или «союз­ни­ка».

Енот, как люби­тель чёт­ких алго­рит­мов, раз­ло­жил метод на этапы:
— Шаг пер­вый: Сим­во­ли­че­ское обособ­ле­ние. Созда­ние арте­фак­та-сим­во­ла про­блем­ной чер­ты (из дру­го­го мате­ри­а­ла, в дру­гом мас­шта­бе). Шаг вто­рой: Пер­со­ни­фи­ка­ция цен­но­сти. Созда­ние арте­фак­та, оли­це­тво­ря­ю­ще­го скры­тое или обес­це­нен­ное внут­рен­нее каче­ство. Шаг тре­тий: Уста­нов­ле­ние новой свя­зи. Физи­че­ское соеди­не­ние арте­фак­тов таким обра­зом, что­бы пер­вый слу­жил опо­рой, защи­той или укра­ше­ни­ем для вто­ро­го. Шаг чет­вёр­тый: Риту­ал наиме­но­ва­ния. Созна­тель­ное наде­ле­ние новой кон­струк­ции смыс­лом («Оби­тель», «Хра­ни­тель», «Опра­ва»).

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 255, про­дол­же­ние «Арте­факт как дока­за­тель­ство воз­мож­но­сти ино­го мироустройства»

«Создан­ный объ­ект явля­ет­ся не про­сто суве­ни­ром тера­пии. Это мате­ри­аль­ное дока­за­тель­ство, физи­че­ское сви­де­тель­ство того, что иной поря­док вещей воз­мо­жен. Он суще­ству­ет вне пси­хи­ки кли­ен­та, его мож­но потро­гать, пока­зать, он не исчез­нет в мину­ту сомне­ний. Каж­дый взгляд на этот объ­ект напо­ми­на­ет о совер­шён­ном акте пере­осмыс­ле­ния. Со вре­ме­нем этот внеш­ний арте­факт может интро­еци­ро­вать­ся — стать внут­рен­ней мен­таль­ной схе­мой, по кото­рой кли­ент научит­ся «оправ­ды­вать» и дру­гие свои «неудоб­ные» чер­ты, нахо­дя для них кон­струк­тив­ную роль в более широ­кой систе­ме сво­ей личности».

От кукольной оправы к жизненной философии

— И этот прин­цип, — ска­зал Вла­ди­мир Его­ро­вич, отстав­ляя пустую чаш­ку, — на самом деле, о муд­ром устрой­стве внут­рен­не­го дво­ра. «Моя вспыль­чи­вость — не враг, а страж, кото­рый слиш­ком рья­но охра­ня­ет мои гра­ни­цы. Какую более муд­рую служ­бу я могу для него най­ти?». Это не о том, что­бы стать дру­гим. Это о том, что­бы гра­мот­но рас­ста­вить силь­ные, но непо­кор­ные части себя на служ­бу целому.

— Тогда фик­си­ру­ем итог, — Вла­ди­мир Его­ро­вич открыл кни­гу прин­ци­пов. — Кол­лек­ция попол­ня­ет­ся кар­точ­кой: «Прин­цип сим­во­ли­че­ской опра­вы». То есть, стра­те­гия раз­ре­ше­ния внут­рен­не­го кон­флик­та «яркая чер­та или скры­тая суть». через созда­ние раз­дель­ных арте­фак­тов-сим­во­лов и уста­нов­ле­ние меж­ду ними новой, осмыс­лен­ной свя­зи «слу­же­ние-защи­та». Это изме­ня­ет ста­тус доми­ни­ру­ю­щей чер­ты в само­ощу­ще­нии кли­ен­та. А затем инте­гри­ру­ет её в целост­ный пози­тив­ный образ.

За окном ночь была звёзд­ной и про­стор­ной, как лоси­ные рога. Тиши­на в клу­бе была глу­бо­кой и удовлетворённой.

— Сего­дня вет­ви­стая тяжесть ста­ла опо­рой для мяг­ко­го серд­ца, — тихо поды­то­жил Вла­ди­мир Егорович.

В воз­ду­хе уже витал образ ново­го кли­ен­та… Зав­трак с кук­лой обе­щал новую головоломку..