Кукла как съёмочная площадка

Бесе­да у Само­ва­ра: Режис­сёр­ский стул для под­со­зна­ния или Кук­ла как съё­моч­ная площадка.

Вечер­ний чай в Чай­ном клу­бе имел вкус хоро­шо выпол­нен­ной рабо­ты и тон­ко­го интел­лек­ту­аль­но­го удо­воль­ствия. Утрен­няя гипо­те­за о «Куколь­ной Репе­ти­ции» не про­сто сра­бо­та­ла — она пре­вра­ти­ла пас­сив­ную жерт­ву буду­ще­го в актив­но­го режис­сё­ра соб­ствен­но­го сце­на­рия. Само­вар дымил лени­во и доволь­ное, буд­то наблю­дал за удач­ным спек­так­лем. Вла­ди­мир Его­ро­вич, отста­вив чаш­ку, пер­вым нару­шил задум­чи­вую тишину.

— Итак, наш глав­ный поста­нов­щик, — обра­тил­ся он к Бел­ке, — доло­жи­те об ито­гах гене­раль­ной репе­ти­ции. Уда­лось ли нам пре­вра­тить мон­стра неиз­вест­но­сти в набор управ­ля­е­мых лос­кут­ных гипотез?

Бел­ка, с лёг­кой уста­ло­стью, но с блес­ком в гла­зах, раз­ве­ла лапками.

— Кол­ле­ги, это было не кон­суль­ти­ро­ва­ние. Это было со-твор­че­ство реаль­но­сти. Мы взя­ли аморф­ный страх и дали ему сце­ну, деко­ра­ции и даже коми­че­ско­го пер­со­на­жа в виде розо­во­го пера. Кли­ент пере­стал быть залож­ни­ком сюже­та. Он стал его редак­то­ром, костю­ме­ром и суф­лё­ром одно­вре­мен­но. Глав­ное откры­тие — само буду­щее ста­ло вос­при­ни­мать­ся не как при­го­вор, а как про­стран­ство для монтажа.

Ментальный монтаж

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 201 «Мен­таль­ный мон­таж: сни­же­ние тре­во­ги через управ­ле­ние «кад­ром» будущего»

«…Ката­стро­фи­че­ские про­гно­зы часто пред­став­ля­ют собой ста­тич­ный, застыв­ший кадр про­ва­ла. Метод «мате­ри­аль­ной репе­ти­ции» поз­во­ля­ет вве­сти в этот «кадр» дви­же­ние и мно­же­ствен­ность. Кли­ент физи­че­ски пере­ме­ща­ет эле­мен­ты, накры­ва­ет одни лос­ку­ты дру­ги­ми, про­бу­ет раз­ные ком­по­зи­ции. Это при­вно­сит в пси­хи­ку ощу­ще­ние, что буду­щее — это не один фик­си­ро­ван­ный кадр, а лен­та кино­плён­ки, где мож­но выре­зать, скле­и­вать и пере­сни­мать сце­ны. Сам акт мани­пу­ля­ции мате­ри­а­ла­ми тре­ни­ру­ет гиб­кость мышления…»

А как бы мы репетировали своё?

— Инте­рес­но, — фырк­нул Енот, — а как бы выгля­де­ли наши лич­ные «репе­ти­ци­он­ные мане­ке­ны»? У мое­го, напри­мер, на гру­ди все­гда при­ко­ло­та булав­ка­ми «вне­зап­ная бле­стя­щая, но раз­ру­ши­тель­ная идея» в виде оскол­ка зер­ка­ла. А про­ти­во­ядие к ней — матер­ча­тый мешо­чек с над­пи­сью «подо­жди сутки».

— А у мое­го, — доба­вил Хома, — висит целая гир­лян­да из малень­ких чёр­ных бисе­ри­нок «сомне­ния в каж­дом сде­лан­ном стеж­ке». И рядом — одна боль­шая, сол­неч­ная пуго­ви­ца «память об удач­ном сеан­се», кото­рая их затмевает.

— Что ж, — улыб­нул­ся Вла­ди­мир Его­ро­вич, — мой мане­кен, пожа­луй, был бы про­сто чистым хол­стом. Но с очень боль­шой и удоб­ной короб­кой для мате­ри­а­лов под сто­лом. Одна­ко вер­нём­ся к прин­ци­пу. Какой клю­че­вой нюанс он обрёл?

Рождение метафоры: «Кукла как съёмочная площадка»

— Нюанс в сме­ще­нии точ­ки кон­тро­ля, — уве­рен­но заяви­ла Бел­ка. — Изна­чаль­но кон­троль пол­но­стью при­над­ле­жал тре­во­ге («всё пой­дёт не так»). Мы не ста­ли его оспа­ри­вать. Мы деле­ги­ро­ва­ли его кук­ле-мане­ке­ну. «Вот твоя съё­моч­ная пло­щад­ка, — ска­за­ли мы кли­ен­ту. — Здесь ты глав­ный. Рас­став­ляй деко­ра­ции, как хочешь». Таким обра­зом, прин­цип мож­но назвать «Метод съё­моч­ной пло­щад­ки». Кук­ла — это не сим­вол собы­тия, это — поли­гон, где мож­но без­опас­но взо­рвать, пере­кра­сить или осме­ять любой сценарий.

Артефакт как контейнер для проигрывания

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 201, про­дол­же­ние «Деле­ги­ро­ва­ние бес­по­кой­ства: арте­факт как кон­тей­нер для проигрывания»

«…Пси­хи­ка, пере­гру­жен­ная тре­во­гой, пыта­ет­ся кон­тро­ли­ро­вать некон­тро­ли­ру­е­мое, что ведёт к пара­ли­чу. Пере­кла­ды­ва­ние этой функ­ции на внеш­ний объ­ект («Вот кук­ла. На ней теперь твоя тре­во­га, и ты можешь делать с ней что угод­но») осво­бож­да­ет внут­рен­нее про­стран­ство. Кли­ент полу­ча­ет воз­мож­ность управ­лять не сво­и­ми эмо­ци­я­ми напря­мую, что слож­но, а мате­ри­аль­ной моде­лью этих эмо­ций, что выпол­ни­мо. Это созда­ет кри­ти­че­скую дистан­цию меж­ду «я» и «моим страхом»…»

— И важ­ней­ший эле­мент — инстру­мен­та­рий, — доба­вил Енот. — Не про­сто кук­ла, а короб­ка с «инстру­мен­та­ми вли­я­ния»: что-то мяг­кое, что-то твёр­дое, что-то бле­стя­щее, что-то смеш­ное. Это набор гото­вых реак­ций, кото­рый кли­ент может при­ме­нить к сво­е­му стра­ху: «закрыть мяг­ким», «отра­зить бле­стя­щим», «высме­ять нелепым».

— Тогда давай­те дадим мето­ду его ито­го­вое имя для шка­тул­ки, — пред­ло­жил Вла­ди­мир Его­ро­вич. — Что­бы отли­чать от про­стой «репе­ти­ции».

— «Съё­моч­ная пло­щад­ка для тре­во­ги», — ска­за­ла Бел­ка. — Или коро­че: «Метод пло­щад­ки». Суть: созда­ние мате­ри­аль­но­го поли­го­на (кук­лы-мане­ке­на) и набо­ра «рек­ви­зи­та» для без­опас­но­го про­иг­ры­ва­ния и мон­та­жа сце­на­ри­ев будущего.

От проигрывания к выстраиванию

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 201, про­дол­же­ние «От про­иг­ры­ва­ния к выстра­и­ва­нию: как мани­пу­ля­ция с объ­ек­та­ми фор­ми­ру­ет новые ней­рон­ные пути»

«…Повто­ря­ю­щи­е­ся дей­ствия по физи­че­ско­му изме­не­нию «моде­ли ситу­а­ции» (пере­ме­ще­ние лос­ку­тов, сме­на акцен­тов) закреп­ля­ют в моз­гу кли­ен­та новую схе­му: «ситу­а­ция может менять­ся в зави­си­мо­сти от моих дей­ствий». Это не про­сто игра. Это кине­сте­ти­че­ское обу­че­ние гиб­ко­сти и вари­а­тив­но­сти. Мозг, через дви­же­ние лапок, запо­ми­на­ет, что не суще­ству­ет одно­го фик­си­ро­ван­но­го буду­ще­го, и это зна­ние ста­но­вит­ся новым, более здо­ро­вым когни­тив­ным шаблоном…

— Что ж, — заклю­чил Вла­ди­мир Его­ро­вич, — мы с вами сего­дня не про­сто уте­ши­ли тре­вож­но­го кли­ен­та. Мы вру­чи­ли ему режис­сёр­ский стул, хло­пуш­ку и короб­ку с рек­ви­зи­том. Он теперь не зри­тель в зале, дро­жа­щий от пред­вку­ше­ния про­ва­ла. Он — постановщик.

А впе­ре­ди жда­ло новое утро, новая сле­пая кар­точ­ка и новый кли­ент, чья про­бле­ма может лежать в обла­сти не стра­ха, а глу­бо­кой апа­тии и поте­ри смыс­ла. Не тот, кто боит­ся буду­ще­го, а тот, кому без­раз­лич­но и про­шлое, и буду­щее, и сам про­цесс твор­че­ства. Воз­мож­но, ему пона­до­бит­ся не пло­щад­ка для репе­ти­ций, а «Кук­ла-Маяк» или «Ком­пас из ниток», спо­соб­ные не пред­ска­зать, а зажечь хоть какой-нибудь ого­нёк инте­ре­са в тумане без­раз­ли­чия. И для это­го, воз­мож­но, при­дёт­ся искать прин­ци­пы не в шка­тул­ке, а сре­ди самых про­стых, почти дет­ских, вол­шеб­ных мате­ри­а­лов — све­тя­щих­ся в тем­но­те ниток, аро­мат­ных трав или тка­ней с «таин­ствен­ной» историей.