Принцип «Пойманного сна»: от подушки-ловушки к кукле

Зав­трак с кук­лой. Прин­цип «Пой­ман­но­го сна»: от подуш­ки-ловуш­ки к кукле.

После вче­раш­не­го раз­го­во­ра о един­ствен­ном стеж­ке и веч­но летя­щих, утро в Чай­ном клу­бе встре­ти­ло коман­ду необыч­ной тиши­ной. Она была какой-то… сон­ной, что ли. Хома зевал, при­кры­вая рот лап­кой, Бел­ка то и дело про­ти­ра­ла гла­за, а Енот уже два­жды нали­вал чай мимо чаш­ки. Вла­ди­мир Его­ро­вич, наблю­дая за этой сон­ной дым­кой, с улыб­кой под­нёс к губам свою чаш­ку. Над­пись сего­дня скла­ды­ва­лась в зага­доч­ную фра­зу: «Самые пре­крас­ные кук­лы родят­ся во сне. Но что­бы они вышли в мир, нуж­но успеть пой­мать их за хвост на гра­ни­це меж­ду сном и явью. Там, где эвка­лип­то­вые листья пах­нут силь­нее всего».

— Кол­ле­ги, — каш­ля­нул он, и тро­и­ца встре­пе­ну­лась, — кажет­ся, энер­гия наше­го сего­дняш­не­го гостя пере­да­лась вам по воз­ду­ху. Толь­ко наобо­рот. Встре­ча­ем коро­ле­ву сно­ви­де­ний, кото­рая никак не может проснуть­ся. Новый запрос: Коала-соня. Кар­точ­ка: «Посто­ян­но хочет спать. Апа­тия и вялость меша­ют взять­ся за про­ект. Но во сне она видит потря­са­ю­щие обра­зы кукол. Нуж­но «пой­мать» момент меж­ду сном и явью и пере­не­сти сон в мате­рию». Кар­точ­ку, прошу!

Хома про­тя­нул лап­ку и вытя­нул кар­точ­ку, кото­рая ока­за­лась… мяг­кой. Пуши­стой. И от неё пах­ло эвка­лип­том так силь­но, что все трое друж­но зевнули.

— Син­дром Мор­фе­е­ва пле­на, — кон­ста­ти­ро­вал Хома, с тру­дом раз­леп­ляя гла­за. — Кли­ент­ка погру­же­на в цар­ство снов, где рож­да­ют­ся гени­аль­ные обра­зы. Но как толь­ко насту­па­ет явь, энер­гия ухо­дит, лапы тяже­ле­ют, и до реа­ли­за­ции дело не дохо­дит. Сон и реаль­ность суще­ству­ют парал­лель­но, не пере­се­ка­ясь. Зада­ча — постро­ить мост меж­ду ними.

Принцип «Пойманного сна»: удержание грёз на границе яви

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 295 «Син­дром сон­но­го твор­ца: тера­пия через мате­ри­а­ли­за­цию погра­нич­ных состояний»

«Суще­ству­ет тип кли­ен­тов, чей твор­че­ский потен­ци­ал рас­цве­та­ет во сне, но пол­но­стью уга­са­ет при про­буж­де­нии. Яркие, деталь­ные обра­зы, рож­дён­ные в грё­зах, не могут перей­ти в реаль­ность, пото­му что меж­ду сном и явью нет моста. Энер­гия сна — это энер­гия чистой фан­та­зии, не обре­ме­нён­ная сопро­тив­ле­ни­ем мате­ри­а­ла. Энер­гия яви — это рабо­та, уси­лие, пре­одо­ле­ние. Зада­ча тера­пев­та — помочь кли­ен­ту удер­жать то погра­нич­ное состо­я­ние, когда сон уже отпу­стил, но реаль­ность ещё не нава­ли­лась всей сво­ей тяже­стью. В эти дра­го­цен­ные мину­ты меж­ду мож­но сде­лать эскиз, набро­сок, зафик­си­ро­вать образ — пока он не рас­та­ял. А затем, опи­ра­ясь на эту мате­ри­аль­ную зацеп­ку, воз­вра­щать­ся к нему уже в пол­ной яви».

— Зна­чит, дело не в том, что­бы заста­вить проснуть­ся, а в том, что­бы пой­мать нуж­ный миг? — заду­ма­лась Бел­ка. — Тот самый, когда сон ещё здесь, но гла­за уже открыты?

— Имен­но! — под­хва­тил Енот. — Гово­рят, самые гени­аль­ные идеи при­хо­дят имен­но в этом про­ме­жут­ке. Но их нуж­но схва­тить, запи­сать, зари­со­вать, пока они не улетучились.

Психология «пограничного состояния»: как удержать ускользающее

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 295, про­дол­же­ние «Метод погра­нич­ной фик­са­ции: удер­жа­ние обра­за на гра­ни­це сна и яви»

«Погра­нич­ное состо­я­ние меж­ду сном и про­буж­де­ни­ем — уни­каль­ное вре­мя, когда созна­ние ещё не вклю­чи­ло кри­ти­ку, а под­со­зна­ние про­дол­жа­ет транс­ли­ро­вать обра­зы. Но длит­ся оно мину­ты, ино­гда секун­ды. Кли­ен­там с сон­ным типом твор­че­ства необ­хо­ди­мо создать риту­ал «погра­нич­ной фик­са­ции»: под­го­тов­лен­ные с вече­ра мате­ри­а­лы (бума­га, каран­даш, мяг­кая гли­на) долж­ны быть под рукой, что­бы, едва проснув­шись, не вклю­чая свет и не откры­вая пол­но­стью глаз, мож­но было сде­лать набро­сок, сле­пить фор­му, запи­сать ощу­ще­ние. Важ­но не оце­ни­вать, не исправ­лять, не думать о каче­стве — про­сто пере­не­сти образ из сна в мате­рию, пока он не рас­та­ял. Этот сырой, несо­вер­шен­ный след ста­нет яко­рем, за кото­рый днём смо­жет ухва­тить­ся устав­шая, апа­тич­ная явь».

— Какой она будет, эта пер­вая, погра­нич­ная рабо­та? — заду­мал­ся Хома. — Не кук­ла, навер­ное, а про­сто след. Быст­рый, небреж­ный, но живой.

— Может быть, это будет даже не шитьё, а про­сто набро­сок нит­кой по тка­ни, — пред­ло­жил Енот. — Как сон, кото­рый запом­нил­ся. Непра­виль­ный, рас­плыв­ча­тый, но глав­ное — пойманный.

Архитектура «ловца снов»

— А мож­но сде­лать спе­ци­аль­ную подуш­ку для запи­сей, — вдруг ска­за­ла Бел­ка. — Мяг­кую, с кар­маш­ком для каран­да­ша и малень­ким блок­но­ти­ком. Что­бы она лежа­ла рядом, и утром, не вста­вая, мож­но было зари­со­вать сон.

— И све­тиль­ник с мяг­ким, тёп­лым све­том, кото­рый не бьёт по гла­зам, — доба­вил Хома. — Что­бы пере­ход от сна к яви был плав­ным, а не резким.

— И глав­ное — не оце­ни­вать! — под­черк­нул Енот. — Ника­ких «кра­си­во» или «некра­си­во». Толь­ко «пой­ма­ла — не поймала».

— Кто сего­дня ста­нет не тера­пев­том, а лов­цом снов и про­вод­ни­ком в мир, где эвка­лип­то­вые грё­зы обре­та­ют плоть? — спро­сил Вла­ди­мир Его­ро­вич, обво­дя взгля­дом команду.

Все посмот­ре­ли на Бел­ку. Её мяг­кость, её тер­пе­ние и её уме­ние созда­вать уют дела­ли её иде­аль­ным кан­ди­да­том для рабо­ты с сон­ной Коалой.

Кукла-Сновидение

— Мис­сия при­ня­та, — ска­за­ла Бел­ка, и в её голо­се появи­лась та осо­бен­ная, тихая инто­на­ция, кото­рая воз­ни­ка­ла у неё все­гда, когда пред­сто­я­ло рабо­тать с чем-то очень хруп­ким, почти неося­за­е­мым. — Мы не будем будить её насиль­но. Мы помо­жем ей пой­мать тот дра­го­цен­ный миг меж­ду сном и явью, когда обра­зы ещё здесь, но уже мож­но шеве­лить лапа­ми. Гипо­те­за: созда­ние риту­а­ла «погра­нич­ной фик­са­ции» — под­го­тов­лен­ных мате­ри­а­лов, мяг­ко­го све­та, пра­ва на небреж­ность — поз­во­лит кли­ент­ке пере­не­сти свои сны в мате­рию, а затем, опи­ра­ясь на эти зацеп­ки, посте­пен­но научить­ся рабо­тать и в пол­ной яви.

— Отлич­ный план, — кив­нул Вла­ди­мир Его­ро­вич. — Прин­цип дня: «Пой­ман­ный сон» (или «Прин­цип погра­нич­ной фик­са­ции»). Пре­одо­ле­ние твор­че­ско­го сту­по­ра, вызван­но­го раз­ры­вом меж­ду бога­тым сно­вид­че­ским вооб­ра­же­ни­ем и апа­ти­ей яви, через созда­ние риту­а­ла фик­са­ции обра­зов в погра­нич­ном состо­я­нии меж­ду сном и про­буж­де­ни­ем, с исполь­зо­ва­ни­ем спе­ци­аль­но под­го­тов­лен­ных мате­ри­а­лов и пра­вом на несо­вер­шен­ство пер­вич­ной фик­са­ции, что поз­во­ля­ет удер­жать усколь­за­ю­щие грё­зы и пре­вра­тить их в мате­ри­аль­ные яко­ря для даль­ней­шей рабо­ты. Инстру­мен­ты: мяг­кий свет, бумага/ткань под рукой, пра­во на небреж­ность, тёп­лая подушка-органайзер.

А впе­ре­ди ждал «Сеанс в пол­день», где Бел­ке пред­сто­я­ло встре­тить­ся с Коалой-соней и вме­сте с ней раз­ра­бо­тать риту­ал, кото­рый поз­во­лит пой­мать за хвост усколь­за­ю­щие сны и пере­не­сти их в мир тка­ни и ниток.