Шитьё тактильной границы: Кукла «Буфер»

Зав­трак с Кук­лой: Шитьё так­тиль­ной гра­ни­цы. Как создать кук­лу-буфер для тех, чья кожа пом­нит каж­дое неже­лан­ное прикосновение.

После вечер­не­го раз­го­во­ра о том, как отпус­кать кукол-помощ­ни­ков, утро в Чай­ном клу­бе нача­лось с новой, более дели­кат­ной темы. На сто­ле лежа­ли не дета­ли для ртов или ушей, а образ­цы тка­ней, кар­ди­наль­но раз­ных на ощупь: колю­чая меш­ко­ви­на, холод­ный шёлк, пуши­стый искус­ствен­ный мех, упру­гий неопрен и мяг­чай­ший хлопок-муслин.

— Кол­ле­ги, — начал Вла­ди­мир Его­ро­вич, погла­жи­вая свою сего­дняш­нюю чаш­ку с над­пи­сью «Самая без­опас­ная дистан­ция — это та, кото­рую выбрал сам кли­ент», — вче­ра мы гово­ри­ли об отпус­ка­нии. Сего­дня пого­во­рим о дистан­ции. А точ­нее — о гра­ни­цах. К нам обра­ти­лись новые кли­ен­ты, для кото­рых сам акт при­кос­но­ве­ния — это проблема.

Тактильная аллергия

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 142 «Так­тиль­ная аллер­гия: когда кожа ста­но­вит­ся орга­ном памяти»

«Суще­ству­ют кли­ен­ты, чьи гра­ни­цы были не раз нару­ше­ны. Для них мир полон неви­ди­мых щупа­лец, а любое при­бли­же­ние дру­го­го суще­ства — потен­ци­аль­ная угро­за. Это не каприз и не брезг­ли­вость. Это глу­бо­ко уко­ре­нив­ший­ся защит­ный меха­низм: тело пом­нит боль, страх, насилие.

Рабо­та с таки­ми кли­ен­та­ми тре­бу­ет юве­лир­ной точ­но­сти. Мы не можем ска­зать: «Давай­те обни­мем­ся, это лечит!». Мы долж­ны начать с само­го нача­ла. С при­зна­ния их пра­ва на дистан­цию. С ува­же­ния к их «нет», даже не про­из­не­сён­но­му вслух, а лишь про­мельк­нув­ше­му в вздра­ги­ва­нии ресниц.

Наша зада­ча — не сло­мать защи­ту, а помочь выстро­ить её зано­во, но уже осо­знан­но, проч­но и с две­рью, кото­рая откры­ва­ет­ся изнут­ри. И ино­гда для это­го нужен не раз­го­вор, а объ­ект. Посред­ник, кото­рый поз­во­лит иссле­до­вать при­кос­но­ве­ние без рис­ка. Мяг­кий, пред­ска­зу­е­мый, пол­но­стью кон­тро­ли­ру­е­мый кли­ен­том объ­ект. Напри­мер, спе­ци­аль­но создан­ная кукла.»

Кукла-буфер

— Зна­чит, — сде­ла­ла вывод Бел­ка, пере­би­рая образ­цы, — нам нуж­на кук­ла-буфер. Кото­рая будет сто­ять меж­ду кли­ен­том и миром. Или меж­ду кли­ен­том и его соб­ствен­ным стра­хом прикосновения.

— Имен­но, — кив­нул Вла­ди­мир Его­ро­вич. — Но это дол­жен быть не про­сто мяг­кий друг. Это дол­жен быть инстру­мент, кото­рый кли­ент смо­жет пол­но­стью кон­тро­ли­ро­вать. Сам решать, где его тро­гать, с какой силой, и когда остановиться.

Проектирование куклы с модульной чувствительностью

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 142, про­дол­же­ние «Кон­струк­тор ощу­ще­ний: про­ек­ти­ро­ва­ние кук­лы с модуль­ной чувствительностью»

«Кук­ла для рабо­ты с гра­ни­ца­ми долж­на быть модуль­ной. Поче­му? Пото­му что у каж­до­го кли­ен­та свой «чер­ный спи­сок» ощу­ще­ний. Кого-то пуга­ет пуши­стость, ассо­ци­и­ру­ю­ща­я­ся с чем-то некон­тро­ли­ру­е­мым. Кого-то — холод­ная глад­кость. Кого-то — ощу­ще­ние «про­ва­ли­ва­ния» в слиш­ком мяг­кий материал.

Пред­ставь­те кук­лу, состо­я­щую из сек­то­ров. Каж­дый сек­тор — из раз­ной тка­ни. Холод­ный шёлк на спине. Гру­бая меш­ко­ви­на на лап­ках. Мяг­кий флис на живо­те. Кли­ент может сна­ча­ла про­сто смот­реть. Потом — дотра­ги­вать­ся до того сек­то­ра, кото­рый вызы­ва­ет наи­мень­шее сопро­тив­ле­ние. Он изу­ча­ет не кук­лу, а соб­ствен­ные реак­ции. «Ага, вот это — тер­пи­мо. А вот это — нет».

Такой кон­струк­тор поз­во­ля­ет в без­опас­ном тем­пе рас­ши­рять так­тиль­ный «сло­варь». Сек­то­ра мож­но менять места­ми, при­стё­ги­вать на липуч­ках, уби­рать совсем. Кон­троль дол­жен быть абсо­лют­ным. Кук­ла — это поли­гон для без­опас­ных экс­пе­ри­мен­тов с контактом.»

Енот, уже взяв­ший линей­ку и блок­нот, немед­лен­но начал делать наброски.

— Логич­но, — про­бор­мо­тал он. — Кар­кас — мяг­кий, но упру­гий, что­бы дер­жать фор­му. Шесть съём­ных сек­то­ров-пане­лей. Систе­ма креп­ле­ния — маг­нит­ная или на круп­ных, удоб­ных липуч­ках. Не долж­но быть мел­ких, слож­ных застё­жек, кото­рые могут вызвать фрустрацию.

— А какие кли­ен­ты ждут этих кукол? — заду­мал­ся Хома, осто­рож­но тро­гая колю­чую мешковину.

— Во-пер­вых, Щенок Бобик, — ска­за­ла Бел­ка. — Он вздра­ги­ва­ет от любо­го рез­ко­го дви­же­ния. Но при этом, кажет­ся, жаж­дет кон­так­та. Он зами­ра­ет и смот­рит, когда дру­гие играют.

— Во-вто­рых, Ежи­ха Колюч­ка, — доба­вил Хома. — Она не из трав­мы, она… из пер­фек­ци­о­низ­ма. Боит­ся, что её уко­лют, что её колюч­ки при­чи­нят боль дру­гим, и поэто­му избе­га­ет любых сбли­же­ний. Ей нуж­на прак­ти­ка без­опас­но­го для всех контакта.

— И, в‑третьих, посту­пил запрос от семьи Ужей, — завер­шил Енот, гля­дя на свои чер­те­жи. — Они все — очень так­тиль­ные, любят обни­мать­ся клуб­ком. Но их под­ро­сток-сын стал отстра­нять­ся, кри­чать «не лезь­те!». Им нужен посред­ник, через кото­рый они мог­ли бы выра­жать свою забо­ту, не нару­шая его границ.

Творческий процесс: Шитьё по секторам

Рабо­та заки­пе­ла. Каж­дый взял­ся за свою зону ответственности.

Хома рабо­тал над сек­то­ром «Ней­тра­ли­тет» — из мяг­ко­го, немар­ко­го хлоп­ка-мусли­на. Его зада­ча — создать так­тиль­ную «базу», точ­ку отсчё­та, к кото­рой мож­но все­гда вернуться.

— Это как тихая ком­на­та, — объ­яс­нял он. — Ниче­го не цеп­ля­ет, ниче­го не раз­дра­жа­ет. Про­сто… есть.

Бел­ка созда­ва­ла сек­тор «Вызов» — ком­би­на­цию из пуши­сто­го меха и про­хлад­но­го шёлка.

— Нужен кон­траст! — утвер­жда­ла она. — Что­бы мож­но было иссле­до­вать раз­ни­цу: «Вот это — мяг­ко и теп­ло, а вот это — про­хлад­но и скольз­ко. Что мне сей­час бли­же?» Это раз­ви­ва­ет осознанность.

Енот про­ек­ти­ро­вал систе­му креп­ле­ний и кар­кас. Его кук­ла (пока безы­мян­ная) уже обре­та­ла фор­му: оваль­ное тель­це на устой­чи­вой плос­кой осно­ве, что­бы её мож­но было поста­вить перед собой, и шесть чёт­ко очер­чен­ных «зон» для съём­ных панелей.

— Важ­на не толь­ко тек­сту­ра, но и пред­ска­зу­е­мость, — гово­рил он. — Липуч­ка долж­на отры­вать­ся с одним и тем же уси­ли­ем. Маг­нит — щёл­кать с оди­на­ко­вым зву­ком. Рути­на и риту­ал успо­ка­и­ва­ют тревогу.

Итог: Рождение «Буфера»

К кон­цу зав­тра­ка на сто­ле сто­я­ли три про­то­ти­па кук­лы-буфе­ра. Они были похо­жи по кон­струк­ции, но каж­дая уже нес­ла в себе почерк сво­е­го созда­те­ля: акку­рат­ный и меди­цин­ски ней­траль­ный у Хомы, яркий и сти­му­ли­ру­ю­щий у Бел­ки, без­упреч­но тех­но­ло­гич­ный у Енота.

— Как назо­вём эту поро­ду? — спро­си­ла Белка.

— «Барьер­ка»? — пред­ло­жил Хома.

— Слиш­ком отри­ца­тель­но, — пока­чал голо­вой Енот. — «Буфер» — точ­нее. Он не столь­ко отго­ра­жи­ва­ет, сколь­ко смяг­ча­ет, при­ни­ма­ет на себя пер­вый удар, поз­во­ля­ет регу­ли­ро­вать силу контакта.

— «Буфер» — так «Буфер», — согла­сил­ся Вла­ди­мир Его­ро­вич. — И помни­те, вы созда­ли не конеч­ный про­дукт, а инстру­мент для диа­ло­га. Сего­дня ваша глав­ная зада­ча на «Сеан­се в Пол­день» — не выле­чить кли­ен­та с помо­щью кук­лы. А пред­ста­вить её, как пред­ло­же­ние: «Давай вме­сте иссле­ду­ем, какие при­кос­но­ве­ния для тебя сей­час воз­мож­ны?». И дать ему пол­ное пра­во ска­зать «нет» даже само­му мяг­ко­му сектору.

Они разо­шлись по каби­не­там, уно­ся с собой сво­их лос­кут­ных «Буфе­ров». Эти кук­лы были, пожа­луй, самы­ми мол­ча­ли­вы­ми из всех создан­ных. Их зада­ча была не гово­рить и не слу­шать. Их зада­ча была про­сто быть. Быть без­опас­ной тер­ри­то­ри­ей, на кото­рой мож­но зано­во научить­ся дове­рять миру на кон­чи­ках сво­их лапок.

А впе­ре­ди ждал «Сеанс в Пол­день», где Щен­ку Боби­ку пред­сто­я­ло впер­вые за дол­гое вре­мя доб­ро­воль­но про­тя­нуть лапу, что­бы потро­гать сек­тор из мяг­ко­го мусли­на; где Ежи­ха Колюч­ка будет экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать, может ли её «колю­чая» сто­ро­на сосу­ще­ство­вать с «пуши­стой» сто­ро­ной кук­лы; а семья Ужей попро­бу­ет обнять сво­е­го сына… через посред­ни­ка, ува­жа­ю­ще­го его новые, хруп­кие границы.