Церемония посвящения пера и рождение куклы-спутницы

Сеанс в пол­день: Цере­мо­ния посвя­ще­ния пера и рож­де­ние куклы-спутницы.

Вопло­щая утрен­ний план по «риту­а­ли­зи­ро­ван­но­му вво­ду в дело», каби­нет Бел­ки был пре­об­ра­зо­ван в нечто сред­нее меж­ду архи­вом, судом и алта­рём. На сто­ле, накры­том тём­но-зелё­ным сук­ном, воз­вы­шал­ся пустой стек­лян­ный кол­пак — трон для буду­ще­го «экс­по­на­та». Рядом, в стро­гом поряд­ке, были раз­ло­же­ны инстру­мен­ты цере­мо­нии: стоп­ка чистой плот­ной бума­ги, палоч­ка сур­гу­ча и печать, бар­хат­ный шнур цве­та ста­ро­го золо­та и риту­аль­ные нож­ни­цы с позо­ло­чен­ны­ми кон­ца­ми. Воз­дух был напол­нен тор­же­ствен­ной, почти зве­ня­щей тиши­ной в ожи­да­нии глав­но­го дей­ству­ю­ще­го лица.

Ворон вошёл, неся свою дра­го­цен­ность в спе­ци­аль­ном футля­ре, выстлан­ным шёл­ком. Его чёр­ные гла­за горе­ли сме­сью гор­до­сти и муки.

— Я при­нёс, — про­из­нёс он почти шёпо­том, береж­но ста­вя футляр на сук­но перед кол­па­ком. — Перо феник­са… Оно… слиш­ком совер­шен­но, что­бы стать про­сто укра­ше­ни­ем. Я не могу его раз­ре­зать. Не могу при­шить. Я даже дышать на него боюсь.

Диагноз: синдром заложника совершенства

Бел­ка не ста­ла торо­пить­ся. Она наде­ла белые пер­чат­ки архи­ва­ри­уса и акку­рат­но под­ня­ла стек­лян­ный колпак.

— Совер­шен­но вер­но, — согла­си­лась она. — Поэто­му сего­дня мы не будем его резать или при­ши­вать. Сего­дня мы про­ве­дём цере­мо­нию назна­че­ния. Этот объ­ект досто­ин не про­сто­го исполь­зо­ва­ния. Он досто­ин мис­сии. Давай­те сна­ча­ла соста­вим досье.

Она взя­ла лист бума­ги и перо с чёр­ны­ми чернилами.

— Пункт пер­вый: Про­ис­хож­де­ние и уста­нов­лен­ные свой­ства. Что вы зна­е­те о его силе?

Синдром заложника совершенств

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 224 «Син­дром залож­ни­ка совер­шен­ства: риту­ал как мост меж­ду обла­да­ни­ем и действием»

«Кли­ент, пара­ли­зо­ван­ный цен­но­стью объ­ек­та, часто нахо­дит­ся в пле­ну у его ста­тич­но­го совер­шен­ства. Любое дей­ствие кажет­ся угро­зой это­му иде­аль­но­му, застыв­ше­му состо­я­нию. Вве­де­ние про­це­ду­ры риту­а­ла созда­ёт про­ме­жу­точ­ное про­стран­ство меж­ду «хра­нить» и «исполь­зо­вать». Риту­ал наде­ля­ет объ­ект сюже­том и функ­ци­ей в рам­ках это­го сюже­та. Объ­ект пере­ста­ёт быть про­сто вещью; он ста­но­вит­ся пер­со­на­жем в раз­во­ра­чи­ва­ю­щей­ся исто­рии твор­че­ства, и его изме­не­ние теперь — не акт ван­да­лиз­ма, а раз­ви­тие сюже­та, к кото­ро­му сам объ­ект, как пер­со­наж, яко­бы «стре­мит­ся»…»

Ворон, рас­пра­вив кры­лья, начал с придыханием:
— Оно было най­де­но на рас­све­те, на самой высо­кой вет­ке ста­ро­го дуба, покры­той ине­ем. Оно несёт в себе память о полё­те выше обла­ков, о холо­де высо­ты и пер­вом луче солн­ца… Оно — о преодолении.

Фаза первая: Составление легенды и определение миссии

— Пре­крас­но, — ска­за­ла Бел­ка, делая запись. — «Память о пре­одо­ле­нии». Таким обра­зом, его базо­вые свой­ства: высо­та, рас­свет, пре­одо­ле­ние. Теперь пункт вто­рой: Пред­ла­га­е­мая мис­сия в рам­ках про­ек­та «Кук­ла». Если бы это перо было не мате­ри­а­лом, а… ска­жем, послом или хра­ни­те­лем буду­щей кук­лы, какую долж­ность оно мог­ло бы занять?

Ворон заду­мал­ся, его клюв повис над пером.

— Оно… долж­но быть тем, что напо­ми­на­ет кук­ле о её соб­ствен­ном потен­ци­а­ле к полё­ту. Даже если у неё нет кры­льев. Оно долж­но быть… Зна­ме­нос­цем Высоты.

— Отлич­но, — Бел­ка выве­ла кал­ли­гра­фи­че­ским почер­ком: «Долж­ность: Зна­ме­но­сец Высо­ты. Мис­сия: Напо­ми­на­ние о внут­рен­нем потен­ци­а­ле к преодолению».

Фаза вторая: Церемония инвеституры

— Теперь, — объ­яви­ла Бел­ка тор­же­ствен­но, — соглас­но про­то­ко­лу, необ­хо­ди­мо совер­шить акт сим­во­ли­че­ско­го наде­ле­ния пол­но­мо­чи­я­ми. Для это­го объ­ект дол­жен всту­пить в так­тиль­ный кон­такт с осно­вой буду­ще­го тво­ре­ния. Но не через раз­ру­ше­ние. Через освя­ща­ю­щее прикосновение.

Она взя­ла со сто­ла про­стой, гру­бо­ва­тый квад­рат небе­лё­но­го льна — «осно­ву буду­щей кук­лы» — и поло­жи­ла его рядом с пером.

— Ваша зада­ча: не при­ши­вать и не резать. При­кос­ни­тесь кон­чи­ком пера к цен­тру это­го полот­на. Как бы пере­да­вая ему часть сво­ей мис­сии. Как рыцарь, посвя­ща­е­мый в сан, каса­ет­ся мечом плеча.

Ворон, зата­ив дыха­ние, взял перо. Его лапы дро­жа­ли. Он мед­лен­но, с неве­ро­ят­ным тре­пе­том, при­бли­зил кон­чик пера к льну и едва кос­нул­ся ткани.

— Я… посвя­щаю тебя, — про­шеп­тал он. — Будь Знаменосцем.

Фаза третья: Закрепление союза — «почётное крепление»

— Мис­сия пере­да­на, — кон­ста­ти­ро­ва­ла Бел­ка. — Теперь нуж­но закре­пить союз фор­маль­но. Посколь­ку Зна­ме­но­сец — почёт­ная долж­ность, он не может быть про­сто вшит. Он дол­жен быть при­став­лен к кук­ле осо­бым, обра­ти­мым спо­со­бом. Как орден на мун­ди­ре. Пред­ла­гаю создать «почёт­ную портупею».

Она взя­ла бар­хат­ный шнур и пред­ло­жи­ла Воро­ну обвя­зать им осно­ва­ние пера, создав изящ­ную петлю.

— Теперь эту пет­лю мож­но будет надеть на буду­щую кук­лу, как награ­ду. Перо оста­нет­ся целым и невре­ди­мым. Его мож­но снять, пере­ве­сить. Но теперь оно — не в шка­тул­ке. Оно — на службе.

Эффект «почётного крепления

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 224, про­дол­же­ние «Эффект «почёт­но­го креп­ле­ния»: обра­ти­мость как гаран­тия безопасности»

«Предо­став­ле­ние кли­ен­ту воз­мож­но­сти обра­ти­мо­го соеди­не­ния цен­но­го мате­ри­а­ла с рабо­той кар­ди­наль­но сни­жа­ет тре­во­гу. Объ­ект не «теря­ет­ся» в про­ек­те; он «при­ко­ман­ди­ро­ван». Это удо­вле­тво­ря­ет потреб­ность в кон­тро­ле и сохран­но­сти, одно­вре­мен­но выво­дя объ­ект из изо­ля­ции. В про­цес­се ноше­ния «на служ­бе» часто про­ис­хо­дит пси­хо­ло­ги­че­ское сли­я­ние: кли­ент начи­на­ет вос­при­ни­мать кук­лу и перо как еди­ный орга­низм, где цен­ность пера обо­га­ща­ет кук­лу, а не рас­тво­ря­ет­ся в ней. После это­го мысль о более проч­ном соеди­не­нии (напри­мер, при­ши­ва­нии) уже не кажет­ся кощун­ствен­ной, а выгля­дит логич­ным укреп­ле­ни­ем союза…»

Фаза итоговая: Рождение концепции

Ворон, закон­чив завя­зы­вать шнур, пове­сил перо с бар­хат­ной пет­лей на вооб­ра­жа­е­мую «шею» льня­но­го квад­ра­та. Ком­по­зи­ция обре­ла смысл. Гру­бая ткань и изыс­кан­ное перо всту­пи­ли в диалог.

— Смот­ри­те, — про­шеп­тал Ворон. — Оно… защи­ща­ет её. Это уже не про­сто перо и тряп­ка. Это… Капи­тан и его зна­мя. Теперь я пони­маю, какой долж­на быть кук­ла. Она долж­на быть про­стой, силь­ной, из это­го само­го льна. А перо… оно будет её зна­ком отли­чия. Её лич­ным фениксом.

На его лице впер­вые появи­лось не стра­даль­че­ское выра­же­ние кол­лек­ци­о­не­ра, а вдох­но­ве­ние режис­сё­ра, видя­ще­го замы­сел целиком.

— Имен­но, — улыб­ну­лась Бел­ка. — Вы толь­ко что не исполь­зо­ва­ли мате­ри­ал. Вы при­зва­ли его на служ­бу. И он сам рас­ска­зал вам, какой долж­на быть кук­ла. Теперь вы може­те шить, зная, что самое цен­ное уже не в опас­но­сти. Оно — на сво­ём посту.

Ворон уно­сил не про­сто перо в футля­ре. Он уно­сил Зна­ме­нос­ца Высо­ты на бар­хат­ном шну­ре и ясный образ кук­лы-спут­ни­цы, кото­рой это перо теперь при­над­ле­жа­ло по пра­ву почёт­ной служ­бы. Пара­лич кол­лек­ци­о­не­ра был снят цере­мо­ни­ей, а твор­че­ский про­цесс — запу­щен пер­вым, бес­кров­ным, освя­ща­ю­щим прикосновением.

А обсуж­де­ние тон­ко­стей цере­мо­нии и фор­му­ли­ро­ва­ние окон­ча­тель­но­го прин­ци­па ожи­да­ло Бел­ку на вечер­ней бесе­де у самовара.