Инвентаризация антиквариата чувств

Сеанс в Пол­день: Инвен­та­ри­за­ция анти­ква­ри­а­та чувств.

После утрен­не­го чае­пи­тия каби­нет Бел­ки был пре­вра­щён в рабо­чую ком­на­ту музей­но­го хра­ни­те­ля. На сто­ле лежа­ли не иглы и нит­ки, а инстру­мен­ты архи­ви­ста: листы плот­но­го крафт-бума­ги, чёр­ная геле­вая руч­ка, нож­ни­цы с закруг­лён­ны­ми кон­ца­ми и моток узкой бар­хат­ной тесь­мы. В цен­тре это­го поряд­ка сто­я­ла неболь­шая короб­ка из-под обу­ви, при­не­сён­ная Гал­чон­ком. Она тихо излу­ча­ла ауру забве­ния и смущения.

Гал­чо­нок сидел, сгор­бив­шись, и кле­вал клю­вом соб­ствен­ную грудку.

— Не смот­ри­те туда, — бурк­нул он. — Там одни ляпы. Брак. Неудач­ные попытки.

— Пре­крас­но, — отве­ти­ла Бел­ка, не гля­дя на короб­ку, а акку­рат­но рас­кла­ды­вая бума­гу. — Меня как раз инте­ре­су­ют уни­каль­ные экзем­пля­ры. Музеи пла­тят огром­ные день­ги за «неудач­ные попыт­ки» — они назы­ва­ют их «рабо­чи­ми про­то­ти­па­ми» или «твор­че­ским поис­ком». Выта­щи­те, пожа­луй­ста, один. Самый, на ваш взгляд, безнадёжный.

Инопланетный артефакт

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 197 «Про­то­кол бес­при­страст­но­го наблю­де­ния: сня­тие эмо­ци­о­наль­ной оцен­ки через формализацию»

«…Когда кли­ент захлё­бы­ва­ет­ся в само­оцен­ке («пло­хо», «урод­ли­во», «не полу­чи­лось»), про­дук­тив­ным мето­дом явля­ет­ся пере­ход на язык сухо­го, почти бюро­кра­ти­че­ско­го про­то­ко­ла. Пред­ло­жи­те опи­сать объ­ект как ино­пла­нет­ный арте­факт: фор­ма, цвет, раз­мер, мате­ри­ал, спо­соб соеди­не­ния. Это сме­ща­ет фокус с лич­но­го сты­да на ней­траль­ную зада­чу клас­си­фи­ка­ции. Пси­хи­ка, заня­тая фор­маль­ным дей­стви­ем, вре­мен­но отклю­ча­ет эмо­ци­о­наль­ные сире­ны, поз­во­ляя взгля­нуть на объ­ект по-новому…»

Гал­чо­нок, с неохо­той, запу­стил клюв в короб­ку и выта­щил кук­лу. Это было стран­ное созда­ние: тело из линя­ло­го сит­ца в горо­шек, одна пуго­ви­ца-глаз при­ши­та выше дру­гой, а рот, выши­тый крас­ной нит­кой, съе­хал набок, при­да­вая лицу выра­же­ние фило­соф­ской икоты.

— Вот, — мрач­но ска­зал он, поло­жив её на стол. — «Шедевр». Я хотел сде­лать весё­лую кук­лу для пле­мян­ни­цы. Полу­чи­лось… это.

— Начи­на­ем опись, — объ­яви­ла Бел­ка, не морг­нув гла­зом, и взя­ла руч­ку. — Код объ­ек­та: «Горох‑1». Мате­ри­ал осно­вы: хлоп­ко­вый ситец, рису­нок — кон­траст­ный горох. Гипо­те­за о пер­во­на­чаль­ном замыс­ле: пере­да­ча эмо­ции «радость». Наблю­да­е­мые осо­бен­но­сти: асим­мет­рия опти­че­ских орга­нов, сме­ще­ние ораль­ной вышив­ки. Ваши ком­мен­та­рии как автора?

Гал­чо­нок смот­рел на неё, как на сумасшедшую.

— Какие ком­мен­та­рии? Кри­вые гла­за и рот!

— Кон­ста­ти­ру­ем: асим­мет­рия и сме­ще­ние, — невоз­му­ти­мо запи­са­ла Бел­ка. — А теперь клю­че­вой вопрос. Если отбро­сить «весё­лую кук­лу для пле­мян­ни­цы»… какое новое настро­е­ние появи­лось у объ­ек­та бла­го­да­ря этим «осо­бен­но­стям»?

Рождение нового нарратива: от брака к характеру

Гал­чо­нок замол­чал. Он впер­вые не пялил­ся на кук­лу с отвра­ще­ни­ем, а всматривался.

— Она… она выгля­дит так, буд­то толь­ко что услы­ша­ла очень стран­ную шут­ку, — нере­ши­тель­но про­го­во­рил он. — И не реши­ла, сме­ять­ся или недо­уме­вать. Этот съе­хав­ший рот… он как раз меж­ду улыб­кой и гримасой.

— Фик­си­ру­ем, — ска­за­ла Бел­ка, и в её голо­се впер­вые про­зву­ча­ло одоб­ре­ние. — «Настро­е­ние: задум­чи­вая иро­ния, лёг­кое недо­уме­ние». Пре­крас­но. Это уже не дефект. Это — мими­че­ская слож­ность. Теперь, осно­вы­ва­ясь на этом, при­сво­им объ­ек­ту почёт­ный ста­тус. Кем мог­ла бы быть эта кук­ла в вашей внут­рен­ней мастерской?

Как «ошибка» становится источником уникальности

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 197, про­дол­же­ние «Лега­ли­за­ция побоч­но­го эффек­та: как «ошиб­ка» ста­но­вит­ся источ­ни­ком уникальности»

«…Твор­че­ский про­цесс ред­ко идёт стро­го по пла­ну. Часто наи­бо­лее живы­ми и инте­рес­ны­ми ока­зы­ва­ют­ся те эле­мен­ты, что воз­ник­ли «слу­чай­но», «неча­ян­но», «вопре­ки». Зада­ча тера­пев­та — помочь кли­ен­ту не отри­цать эти откло­не­ния от пла­на, а инте­гри­ро­вать их в новый, более бога­тый замы­сел. Вопрос «Что это слу­чай­ное каче­ство при­вно­сит? Как оно меня­ет исто­рию объ­ек­та?» откры­ва­ет дверь к при­ня­тию непред­ска­зу­е­мо­сти как источ­ни­ка обо­га­ще­ния, а не раз­ру­ше­ния замысла…»

— Ста­тус… — Гал­чо­нок заду­мал­ся. — Если она с таким лицом… то навер­ное, она не игруш­ка. Она… Совет­ник по пара­док­сам. Сидит в углу и когда я впа­даю в уны­ние от того, что всё долж­но быть иде­аль­но, она смот­рит на меня сво­им кри­вым гла­зом и напо­ми­на­ет, что самые инте­рес­ные вещи рож­да­ют­ся, когда всё идёт не по плану.

Бел­ка не скры­ла улыбки.

— Вели­ко­леп­но. Тогда это и будет её долж­ность. — Она быст­ро выве­ла на ярлыч­ке: «Совет­ник Горо­хо­вый. Чин: Хра­ни­тель пара­док­сов и неожи­дан­ных реше­ний. Дата вступ­ле­ния в долж­ность: сего­дня.» Она про­де­ла дыр­ку в угол­ке ярлыч­ка, про­тя­ну­ла через неё бар­хат­ную тесь­му и акку­рат­но при­вя­за­ла к лап­ке куклы.

Торжественное представление обновлённого экспоната

Кук­ла с ярлыч­ком выгля­де­ла уже не бро­шен­ной. Она выгля­де­ла назна­чен­ной. Обла­го­ро­жен­ной историей.

— Вот, — ска­за­ла Бел­ка, пере­да­вая её Гал­чон­ку. — Ваш «брак» толь­ко что про­шёл атте­ста­цию и полу­чил выс­шую долж­ность в вашем внут­рен­нем цар­стве. Он боль­ше не неуда­ча. Он — специалист.

Гал­чо­нок взял кук­лу. Он вер­тел её в лап­ках, смот­рел на ярлычок.

— «Хра­ни­тель пара­док­сов»… — про­бор­мо­тал он. — А ведь их в короб­ке ещё штук два­дцать. Каж­дая со сво­ей кривизной.

— Зна­чит, у вас не короб­ка с бра­ком, — заклю­чи­ла Бел­ка. — У вас кад­ро­вый резерв. Каж­дая из этих кукол — потен­ци­аль­ный сотруд­ник с уни­каль­ны­ми, нестан­дарт­ны­ми ком­пе­тен­ци­я­ми. Вам про­сто нуж­но про­ве­сти с каж­дой такую же кад­ро­вую комиссию.

Сила ритуала переименования

Из кни­ги Вла­ди­ми­ра Его­ро­ви­ча «Пси­хо­ло­гия с хвостиком»:
Гла­ва 197, про­дол­же­ние «От обес­це­ни­ва­ю­ще­го ярлы­ка к леги­ти­ми­зи­ру­ю­ще­му: сила риту­а­ла переименования»

«…Физи­че­ский акт при­креп­ле­ния к объ­ек­ту ново­го, пози­тив­но-иро­нич­но­го «доку­мен­та» (ярлы­ка, пас­пор­та, дипло­ма) выпол­ня­ет функ­цию риту­аль­но­го пере­хо­да. Про­ис­хо­дит магия: через дей­ствие и над­пись «Совет­ник», «Хра­ни­тель», «Пио­нер» пси­хи­ка кли­ен­та при­ни­ма­ет новый ста­тус объ­ек­та как дан­ность. Ярлык ста­но­вит­ся внеш­ним, неоспо­ри­мым дока­за­тель­ством цен­но­сти, на кото­рое мож­но ссы­лать­ся в момен­ты сомне­ний: «Он же не про­сто кри­вой, у него диплом Хранителя!»…

Когда Гал­чо­нок ухо­дил, он нёс не одну кук­лу. Он нёс пер­вый оформ­лен­ный кад­ро­вый файл сво­е­го бес­со­зна­тель­но­го. Короб­ка в его лап­ках теперь веси­ла ина­че — не гру­зом сты­да, а потен­ци­а­лом ещё нерас­пре­де­лён­ных «вакан­сий».

А вече­ром у Само­ва­ра пред­сто­я­ло обсу­дить, мож­но ли целую короб­ку твор­че­ско­го «хла­ма» пре­вра­тить в штат­ное рас­пи­са­ние внут­рен­не­го пред­при­я­тия, и что делать, если сле­ду­ю­щий кли­ент при­дёт не с короб­кой неудач, а с пол­ной пусто­той, утвер­ждая, что у него и неудач-то не было, пото­му что он нико­гда не решал­ся начать. Но это была уже зада­ча для зав­траш­не­го принципа.