Искусство слышать историю за цифрами

Каче­ствен­ные мето­ды: фено­ме­но­ло­ги­че­ский ана­лиз, тема­ти­че­ское коди­ро­ва­ние, или Искус­ство слы­шать исто­рию за цифрами.

В ауди­то­рии цари­ла атмо­сфе­ра при­ят­ной уве­рен­но­сти. После про­шло­го заня­тия, посвя­щён­но­го постро­е­нию гипо­тез и иссле­до­ва­тель­ским дизай­нам, сту­ден­ты чув­ство­ва­ли себя пове­ли­те­ля­ми чисел. Они научи­лись зада­вать Все­лен­ной чёт­кие, «колю­чие» вопро­сы, как учил про­фес­сор Филин, и выстра­и­вать без­упреч­ные схе­мы для полу­че­ния отве­тов: лон­ги­тюд­ные, крос­сек­ци­он­ные, экс­пе­ри­мен­таль­ные. Енот с гор­до­стью демон­стри­ро­вал Бел­ке мно­го­стра­нич­ный про­ект сво­е­го буду­ще­го иссле­до­ва­ния, где каж­дый пара­метр был про­кон­тро­ли­ро­ван, а Хома, хоть и с опас­кой, но уже состав­лял гипо­те­зу о свя­зи сво­е­го настро­е­ния и коли­че­ства съе­ден­ных семян, ста­ра­ясь сде­лать её мак­си­маль­но проверяемой.

Когда цифр недостаточно

Появ­ле­ние про­фес­со­ра Фили­на с потрё­пан­ным блок­но­том вме­сто при­выч­ной стоп­ки гра­фи­ков и ста­ти­сти­че­ских отчё­тов мгно­вен­но вер­ну­ло тиши­ну и вызва­ло лёг­кое недоумение.
— Кол­ле­ги, — начал он, пере­ли­сты­вая стра­ни­цы, испещ­рён­ные не циф­ра­ми, а живы­ми запи­ся­ми и помет­ка­ми, — на про­шлой лек­ции мы с вами бле­стя­ще научи­лись спра­ши­вать у Все­лен­ной: «Сколь­ко?» и «При каких усло­ви­ях?». Мы стро­и­ли гипо­те­зы, кото­рые жаж­да­ли быть опро­верг­ну­ты­ми, и выби­ра­ли без­упреч­ные дизай­ны, что­бы пой­мать исти­ну в сети кон­троль­ных групп и ран­до­ми­за­ции. Но сего­дня… — про­фес­сор сде­лал дра­ма­ти­че­скую пау­зу, — сего­дня мы пого­во­рим о том, что про­ис­хо­дит, когда мы откла­ды­ва­ем каль­ку­ля­тор, закры­ва­ем таб­ли­цы и про­сто… слу­ша­ем. О вопро­сах, кото­рые начи­на­ют­ся со слов «Как?» и «Поче­му?». О том, как услы­шать исто­рию, что пря­чет­ся за самы­ми строй­ны­ми колон­ка­ми цифр.

Феноменологический анализ: искусство понимать чужой опыт

— Пред­ставь­те, — про­фес­сор обвёл ауди­то­рию про­ни­ца­тель­ным взгля­дом, — что к вам при­хо­дит паци­ент, кото­рый утвер­жда­ет, что слы­шит шепот дере­вьев. Ваша зада­ча — не диа­гно­сти­ро­вать, а понять. Что он на самом деле пере­жи­ва­ет? Каков его уни­каль­ный опыт?

Хома встре­во­жен­но поёжился:
— Про­фес­сор! Но ведь если он слы­шит дере­вья, это же явный кри­те­рий F20! Нуж­но срочно…
— Нет, кол­ле­га, — мяг­ко пре­рвал Филин. — Пока рано. Фено­ме­но­ло­гия учит нас эпо­хе — воз­дер­жа­нию от суж­де­ний. Мы не спра­ши­ва­ем «нор­маль­но ли это», мы спра­ши­ва­ем «како­во это».

Бел­ка, до это­го мол­ча пере­би­рав­шая цвет­ные сти­ке­ры, вдруг оживилась:
— То есть, если я изу­чаю стресс белок перед зимой, мне нуж­но не под­счи­ты­вать часто­ту серд­це­би­е­ния, а рас­спра­ши­вать, како­во это — чув­ство­вать, что запа­сов может не хва­тить? Слы­шать пер­вые замо­роз­ки как пред­вест­ник голода?
— Имен­но! — про­фес­сор одоб­ри­тель­но кив­нул. — Вы пыта­е­тесь понять сущ­ность переживания.

Практикум: слышать не только слова

Вла­ди­мир Его­ро­вич, сидев­ший у окна, пред­ло­жил пер­вое упражнение:
— Кол­ле­ги, раз­бей­тесь на пары. Один рас­ска­зы­ва­ет о самом тре­вож­ном момен­те в сво­ей жиз­ни. Вто­рой слу­ша­ет — не что­бы отве­тить, а что­бы понять.

В ауди­то­рии воца­ри­лась напря­жён­ная тиши­на. Енот, слу­шая Хому, впер­вые не делал поме­ток, а про­сто смот­рел на него. Бел­ка, рас­ска­зы­вая о паде­нии с высо­чай­шей сос­ны, вдруг осо­зна­ла, что дело было не в самой высо­те, а в чув­стве пре­да­тель­ства соб­ствен­но­го тела.

— Я… я нико­гда об этом так не думал, — рас­те­рян­но про­шеп­тал Хома. — Ока­зы­ва­ет­ся, когда я слу­шаю без жела­ния поста­вить диа­гноз, люди рас­ска­зы­ва­ют совсем другое.

Тематическое кодирование: как найти узор в хаосе историй

— Теперь, — пере­шёл к сле­ду­ю­ще­му эта­пу Филин, — пред­ста­вим, что мы собра­ли 20 таких исто­рий. Как най­ти в них общее? Здесь нам помо­жет тема­ти­че­ское кодирование.

Про­фес­сор раз­дал тек­сты интервью.
— Ваша зада­ча — най­ти повто­ря­ю­щи­е­ся темы. Не под­счи­ты­вать, а выяв­лять. Например…

Коман­да Ено­та обна­ру­жи­ла тему «пре­да­тель­ство тела» в рас­ска­зах о болезнях.
Коман­да Бел­ки выяви­ла тему «неви­ди­мая рабо­та тре­во­ги» — посто­ян­ное мыс­лен­ное про­кру­чи­ва­ние сце­на­ри­ев будущего.
Хома, к все­об­ще­му удив­ле­нию, нашёл тон­кую тему «оди­но­че­ство в тол­пе симп­то­мов» — когда никто не пони­ма­ет, како­во это жить с посто­ян­ным страхом.

Методы работы: от хаоса к смыслу

Бел­ка, оза­рён­ная, раз­ло­жи­ла свои цвет­ные стикеры:
— Так вот для чего они нуж­ны! Розо­вый — темы стра­ха, зелё­ный — надеж­ды, жёл­тый — неопре­де­лён­но­сти… Мож­но видеть целую кар­ту переживаний!

Енот, обыч­но пред­по­чи­тав­ший таб­ли­цы, с удив­ле­ни­ем обнаружил:
— Когда я пере­стаю всё нуме­ро­вать, я начи­наю видеть свя­зи, кото­рые рань­ше упус­кал. Ока­зы­ва­ет­ся, пер­фек­ци­о­низм — это не про поря­док, а про страх поте­рять контроль.

Когда качество встречает количество

Вла­ди­мир Его­ро­вич, наблю­дав­ший за рабо­той, под­нял­ся с места:
— Помни­те о трёх китах? Каче­ствен­ные мето­ды — это не про­ти­во­по­лож­ность дока­за­тель­но­му под­хо­ду. Это его важ­ней­шая часть. Они отве­ча­ют на вопро­сы, кото­рые не зада­ют анкеты:

• Что на самом деле важ­но для пациента?
• Как он пере­жи­ва­ет свою болезнь?
• Поче­му он отка­зы­ва­ет­ся от лечения?

— Ино­гда, — доба­вил про­фес­сор Филин, — одна глу­бо­кая исто­рия даёт боль­ше, чем сто анкет. Но имен­но систем­ный ана­лиз пре­вра­ща­ет эту исто­рию в науч­ное знание.

Искусство задавать вопросы без готовых ответов

К кон­цу пары сту­ден­ты смот­ре­ли на свои блок­но­ты с новым пониманием.

— Зна­чит, — задум­чи­во ска­за­ла Бел­ка, — когда паци­ент гово­рит «у меня болит душа», я не долж­на сра­зу искать код МКБ. Сна­ча­ла я долж­на понять, что скры­ва­ет­ся за эти­ми сло­ва­ми имен­но для него.

— А я, — про­шеп­тал Хома, — кажет­ся, впер­вые понял, что моя ипо­хон­дрия — это не про­сто спи­сок симп­то­мов. Это… целая исто­рия про страх и одиночество.

Енот акку­рат­но скла­ды­вал свои материалы:
— Соглас­но моим наблю­де­ни­ям, каче­ствен­ный ана­лиз тре­бу­ет 73% боль­ше вре­ме­ни, но даёт 140% более глу­бо­кое пони­ма­ние. Нуж­но вклю­чить это в методику.

Когда сту­ден­ты выхо­ди­ли из ауди­то­рии, Вла­ди­мир Его­ро­вич с удо­вле­тво­ре­ни­ем отме­тил, как изме­нил­ся их взгляд. Его чаш­ка сего­дня напо­ми­на­ла: «Ино­гда самый важ­ный диа­гноз ста­вит­ся не по учеб­ни­ку, а по сле­зам в голосе».

А впе­ре­ди их жда­ла тема «Коли­че­ствен­ные мето­ды. Под­бор ста­ти­сти­че­ских кри­те­ри­ев», где пред­сто­я­ло вновь вер­нуть­ся к циф­рам — но уже с пони­ма­ни­ем, какие исто­рии за ними сто­ят. Но это была уже совсем дру­гая история…